Юридическая защита перед пленарным судом национальной палаты Испании

Экстрадиция из ИспанииЮридическая защита перед пленарным судом

национальной палаты Испании

В данной статье не хотелось бы обширно описывать саму процедуру рассмотрения процесса экстрадиции компетентным Трибуналом Национальной Палаты Испании — любой адвокат, имеющий честь представлять интересы своего подзащитного перед этим трибуналом и сам прекрасно знает как нелегко упражняться и тягаться с данным трибуналом.

Особенно, когда трибунал изначально настроен на выдачу субъекта и полностью идёт на поводу у прокуратуры.

Нелепые попытки нерадивых и некомпетентных адвокатов доказать невиновность своего подзащитного в вменяемом ему на территории России преступлении, нарываются на непробиваемую стену прокурорских возражений и отводов в виде — «не относится к делу», «не по существу» и «мы не собираемся вдаваться в подоплёку дела, ведомого российским правосудием».

Суд полностью внимает подобным возражениям со стороны прокуратуры и убедительно просит сторону защиты не заниматься демагогией, а высказываться по существу и уважать чужое и своё время.

Проблематичность и непредсказуемость процессов, связанных с экстрадицией из Испании в Россию, заключается в том, что Национальная Судебная Палата (AUDIENCIA NACIONAL), рассматривающая дела по экстрадиции, (в отличии, например, от Американской или Английской Фемиды), изначально и напрочь отказывается «a priori» вдаваться в подоплёки и детали самого уголовного дела, которое ведётся на территории Российской Федерации.

То есть, испанская Фемида, в процессах экстрадиции предпочитает выступать исключительно в роли обозревателя в легитимности формулировки запроса на экстрадицию, его соответствию международным правовым нормам, соответствию в мерах наказания за аналогичные преступления в разных странах и соблюдению процессуальных норм, применимых к данным делам.

Не более того. Позиция, конечно же, очень удобная, но насколько она соответствует международным нормам, регулирующим данные процессы, остаётся, без сомнения, под большим вопросом.

Также, не стоит забывать и принять к сведению, что любой гражданин РФ, разыскиваемый Прокуратурой РФ и Интерполом на международном уровне, имеющий достаточные экономические средства, обладающий недвижимость и бизнесом за рубежом, почему-то по укоренившемся понятиям на Западе, является если и не прямым «Босом Русской Мафии», то, как минимум, её активным членом.

То есть, у органов испанского правосудия, уже изначально, формируется в его отношении ярко выраженное негативное мнение, граничащее с предвзятостью и субъективизмом.

Вот и получается, что адвокат не особенно поднаторевший в ведении процессов экстрадиции и построивший свою тактику защиты исключительно на невиновности своего подзащитного, получает от прокуратуры и суда звонкий щелчок по носу (Rapapolvo), а его подзащитный со всеми почестями выдаётся на родину. Итог подобной некомпетентной тактики защиты — жирная клякса на репутации адвоката и поломанная судьба его доверителя.

В нашей практике был даже один уникальный случай, когда суд национальной палаты выставил за дверь зала заседания одного русского адвоката-международника со следующими напутствиями — «когда выучите испанский язык и испанские юридические термины, тогда и пробуйте выступать перед этим трибуналом». Было бы очень смешно, если бы не было так грустно за дальнейшую судьбу подзащитного этого адвоката-международника.

Испанский адвокат, осуществляющий защиту своего доверителя в процессах по пассивной экстрадиции, который является гражданином России, обязан не только на высшем уровне доминировать и применять в ходе вверенного ему дела весь свой опыт и знания, как в локальном, так и в международном праве, но ещё и быть должным образом проинформированным и подготовленным к многочисленным уловкам, применяемыми Прокуратурой и следственными органами РФ, с целью получить в свои «крепкие объятия» обвиняемого любой ценой, порой полностью противоречащим общепризнанным международным процессуальным нормам.

Адвокаты нашей коллегии не раз сталкивались с запросами Прокуратуры РФ на выдачу подозреваемых в Россию, в которых, даже невооружённым глазом, просматривалась откровенная подтасовка фактов, открытое давление на свидетелей, абсолютная недоказанность самого факта преступления, подтасовка сроков давности в отношении данного преступления, необоснованная переквалификация статей обвинения, выделение дел в отдельное делопроизводство без соответствующих на то мотивов, встречались даже случаи противозаконной отмены вердикта суда присяжных.

Главное то, что предугадать заранее исход процесса экстрадиции зачастую весьма проблематично, особенно в тех случаях, когда для достижения поставленной цели со стороны, ходатайствующей в выдаче обвиняемого, в ход пускаются все имеющиеся у неё в наличии политические и дипломатические каналы.

Это особенно ярко выражается в запросах на экстрадицию со стороны Прокуратуры РФ, привыкшей откровенно давить на следственные и судебные органы у себя дома и предпринимающей попытки давления на территории суверенного зарубежного государства.

Препятствием для экстрадиции может быть существенная разница в мерах наказания за аналогичные преступления в разных странах, а также убеждение представителей страны (передающей задержанного) в том, что лицо будет подвергнуто пыткам, и т. д. В связи с этими и другими обстоятельствами, во многих договорах о правовой помощи предусматривается не только выдача преступников, но и отказ в выдаче.

Репутация российского следствия известна: «доказательства» не всегда убеждают даже отечественные суды, а западные — тем более. Все это неимоверно затрудняет экстрадицию в Россию. Особенно в тех случаях, когда в ходатайстве в выдаче разыскиваемого очевиден ярко выраженный политический подтекст, как всегда переквалифицированный следственными органами РФ в стандартное уголовное дело.

Во всех цивилизованных странах мира прекрасно осведомлены о том, как в России осуществляется правосудие. Если речь идет о выдаче политически значимой фигуры, то тут уж об объективности говорить очень сложно. В российском законодательстве ведь нет определения «политическое преступление». Все дела об экстрадиции проходят по уголовным статьям. К тому же часто некорректно оформляются документы.

Экстрадиция, с точки зрения конституционного права Испании, не является ни в коем случае исключительно посредничеством в международном сотрудничестве, процесс экстрадиции, рассматриваемый компетентными органами Испании, является механизмом защиты и гарантии соблюдения фундаментальных прав и свобод гражданина, а именно, права на жизнь, права на свободу, права не подвергаться бесчеловечному и унижающему достоинство наказанию или обращению, идеологической свободы и прав, связанных с эффективной судебной защитой и должным судебным процессом (Статьи 15, 16, 17 и 24 Конституции).

Фундаментальные права, заключенные в испанском законодательстве, включая правила применения международного права по правам человека и гуманитарного права, устанавливают четкие границы сотрудничества между государствами, обеспечивая соблюдение основных прав, независимо от конкретного содержания каждой законодательной системы.

Именно поэтому судьба обвиняемого, как провозглашает испанское законодательство, не может оставить равнодушными компетентные органы в вопросах экстрадиции. Решение об экстрадиции, когда существует возможность нарушения фундаментальных прав личности — права на жизнь, неприкосновенность и свободу — со стороны запрашивающего государства может представлять собой косвенное нарушение таких прав, так как при этом не предпринимаются соответствующие меры по предотвращению такого риска.

Поэтому у Суда Национальной Палаты Испании возникает обязательство по предотвращению или недопущению угрозы ущерба, которая может стать фактическим ущербом и по этой причине он обязан отказать в выдаче такого лица. Для гарантии соблюдения фундаментальных прав, законодательная система требует, чтобы суд по вопросам экстрадиции проверил и оценил риски нарушений в каждом конкретном случае, не полагаясь на простое взаимное доверие между государствами, даже если они находятся в одной и той же системе защиты прав человека.

Конечно же, сам вопрос, подлежит ли экстрадиции разыскиваемый и задержанный субъект, в каждой стране решается по — разному и зависит от многих факторов. Основополагающими факторами при принятии судом решения, выдавать гражданина России или нет, является политическая обстановка и взаимность в отношениях между силовыми структурами этих стран, то есть по принципу «ты мне — я тебе”. Процесс экстрадиции субъекта из Испании в Россию, происходящий на фоне благоприятных для выдачи отношений между обеими странами, практически изначально предрешает вопрос.

Естественно, если адвокат защиты достаточно компетентен в международном праве и в ведении процессов экстрадиции, то выдачу возможно и отменить. Очень сложно, но возможно. Главное — корректно подготовить все необходимые документы и грамотно построить линию защиты. Не на невиновности своего подзащитного, а на следующих пунктах, на основании которых реально возможно добиться отмены экстрадиции:

1. — Неправомерное объявление в международный розыск, подписанное не уполномоченным на то лицом.

2. — Истечение сроков давности преследования по данному виду преступления. В частности, в выдаче может быть отказано в том случае, когда в соответствии с законодательством государства, на территории которого находится лицо, уголовное преследование не может быть возбуждено или приговор не может быть приведен в исполнение вследствие истечения сроков давности.

3. — Завуалированные политические мотивы. Статья 5.1 Закона об экстрадиции устанавливает, что причиной решения об отказе по усмотрению суда может быть наличие разумных оснований считать, что заявка, основанная на общем преступлении, подана в целях судебного преследования или наказания лица за политические взгляды. Это касается недопущения политического преследования, которое является серьезным нарушением прав человека, связанных с участием граждан в жизни сообщества и включающих, среди прочего, по меньшей мере, свободу от физического заключения в тюрьму, идеологическую свободу выражения, мнения и мышления. При наличии свидетельств политического преследования, суд по своему усмотрению может принять решение об отказе в выдаче с надлежащим обоснованием, особенно в тех случаях, когда налицо дело с политическим преследованием под прикрытием обвинений в обычных преступлениях.

4. — Соблюдение фундаментальных прав человека. Соблюдения фундаментальных прав и свобод гражданина, а именно, права на жизнь, права на свободу, права не подвергаться бесчеловечному и унижающему достоинство наказанию или обращению, идеологической свободы и прав, связанных с эффективной судебной защитой и должным судебным процессом (Статьи 15, 16, 17 и 24 Конституции).

Для гарантии соблюдения фундаментальных прав, законодательная система требует, чтобы суд по вопросам экстрадиции проверил и оценил риски нарушений в каждом конкретном случае, не полагаясь на простое взаимное доверие между государствами, даже если они находятся в одной и той же системе защиты прав человека.

Резюмируя всё вышеописанное — адвокату, представляющему интересы своего доверителя в процессе экстрадиции из Испании, прежде всего априори необходимо грамотно проверить все материалы дела, представленные государством, ходатайствующим в выдаче, и если его подзащитный может быть подведён под один из пунктов, указанных выше (судебное преследование или наказание за политические взгляды, несоответствие юрисдикции и истечение сроков давности), то основной упор в защите необходимо акцентировать именно на данных несоответствиях, а не пытаться тщетно доказать невиновность своего подзащитного.

Только выбор действительно квалифицированного, добросовестного и имеющего обширную практику в ведении процессов по экстрадиции адвоката, сможет должным образом изменить такое изначально неравное распределение сил и помочь Вам избежать экстрадиции.